О, Маша, на твои прекрасные лицА
Легла румянцем радиация...
Так как образование у меня гуманитарное, а профессия техническая, пилю очередную хуйню. Я хотел признаться в любви. Позвольте представить, мой кумир и предмет обожания – Мария Складовская-Кюри. Кюри-любви, любви-кюри, жужу не жу-жу? Безгранично люблю ее и уважаю.
Кумир не в силу специфики моей профессии, а профессия у меня связана непосредственно с радиацией, ну, а она, Мария, как известно, со своим мужем внесла огромный (да вообще самый большой) вклад в изучение и применения явления радиоактивности. Кумир, потому что мало таких людей. Тем более баб. Человек величайшей благородности, скромности, порядочности и тд. и тп. Люблю, в общем, таких и тянусь. А кто не тянется!
Удивительный человек! Со своим мужем, Пьером, они вдвоем (ну, после смерти мужа, у нее другой "помощник" появился) около 12 лет вручную переработали десятки тонн урановой руды для того чтобы получить всего лишь 1 грамм нового, неизвестного до этого, элемента – радия, который, в принципе, и положил начало промышленному, медицинскому и военному применению свойств радиоактивности.
Труд был колоссальный. Они вдвоем (сначала с мужем, а потом и с... вторым французиком, короче) без посторонней помощи на тележках, горбах и спинах таскали эту отработанную руду урана с заводов в предоставленный им (заброшенный) и не приспособленный для лабораторных исследований маленький, дряхлый сарайчик, где несколько лет пытались вывести чистый радий. Все делалось вручную на голом энтузиазме. Они даже и не представляли тогда, какому огромному облучению они подвергаются. В общем, это был титанический труд. В конце концов, появился новый химический элемент, обладающий немыслимыми прежде свойствами, огромнейшей, рекордной энергией распада.
Самое удивительное и заслуживающее набольшего уважения: она, находясь в плачевном финансовом положении, отказалась запатентовать свое открытие! Более того, она сама безвозмездно снабжала своим радием всех ученых и шарлатанов, которые хотели изучать новый элемент. И, таким образом, отказалась от бабла, которого бы хватило на несколько поколений – пока генетические изменения вследствие губительного ионизирующего излучения полностью не выветрились бы из ген ее потомков. Она сказала, типа: "Радий мне не принадлежит, он принадлежит миру! Извлечение коммерческих выгод не соответствует духу науки. Я верю, что радиоактивность изменит жизнь к лучшему. Пис, ребята!".
На счет последнего, она, конечно, ошиблась, но кто ж мог тогда знать. Она сама-то тогда и не представляла, что ходит уже не как поебанная, а как источник излучения – снимаемое радиоактивное загрязнение и все такое. А муж ее, так тот вообще светлячок был! Светился, как поебанный. Но ему повезло в каком-то смысле. Он погиб в результате несчастного случая – попал под лошадь. Повезло в плане того, что не мучился при смерти, в отличии от нее.
Бабло у нее некоторое все-таки появилось – она две Нобелевские премии получила, как-никак! Но все эти деньги потратила на помощь раненным в Первой мировой войне и внедрение новых методов лечения посредством радиологии. Шаталась по фронту в качестве медсестры. Разрабатывала первые рентгеновские кабинеты – тоже безвозмездно, чего уж там – гулять, так гулять. И это далеко не единственные ее альтруистские выходки...
В конце концов, она умерла от лучевой болезни. А ее рукописи, тетрадки, журналы до сих пор фонят так, что аж пиздец трясется! (Пиздец – биологический счетчик Гейгера – прим. авт.)
Ну, и короче, что я хотел всем этим сказать. Течение-свечение ("я не сразу отдался потоку, а тока потом сложил весла") направило меня в правильное русло, где поэзия, ну и прочие сопливые занятия, которые мне по душе, сплелись с характером моей профессии – радиацией. Короче, в какое говно я бы не полез, (меня не на хуй, меня на антресоли теперь посылают) мне все равно что-то помогает. Поэзия – радиация. Жужу – не жу-жу. Нитка – иголка. Но связь здесь большая. О ней даже Маяковский написал. А Маяковский – это.... ооо... ну, не знаю, не знаю..., не хочу никого обидеть, но ооо...!!
Стих
О том, каких адских трудов стоила добыча радия в неприспособленных для этого условиях, не имея при этом никаких специальных средств для его выделения, учитывая его ничтожно-мизерное содержание в урановой руде.
А точнее: сравнение этого Адского труда с "адским" трудом поэта (ебать, трудоголик Маяковский, конечно):
Поэзия – та же добыча радия
В грамм добыча – в год труды
Изводишь, единого слова ради
Тысячи тонн словесной руды
В. Маяковский, май 1998 г.
Ну, а теперь совсем в тему: